ЧЕРНЫЙ САША

(наст. фам. и имя Гликберг Александр Михайлович: псевд.А.Черный, Сам по себе, Мечтатель, Лирический бродяга и др. (1.10.1880, Одесса 5.8.1932, Ла-Фавьер, Франция) поэт, прозаик, переводчик. Сын провизора, агента химической лаборатории, Раннее детство Ч. прошло в Белой Церкви в тяжелой обстановке нищеты и семейного неблагополучия. В автобиографии он писал: «Крещен отцом 10 лет для определения в гимназию, Учился в Житомирской 2-й гимназии; исключен из 6 класса без права поступления». В 1895 он бежал из дома в Петербург, где поступил учиться, но был отчислен из гимназии за неуспеваемость, после чего в судьбе Ч. принял участие председатель крестьянского присутствия в Житомире К.Роше, ставший его воспитателем. 2.10.1898 Ч. вновь был принят во 2-ю житомирскую гимназию, но вскоре исключен после столкновения с директором. С 1902 по 1905 служил в Новоселицкой таможне, в 1-м «Обществе подъездных путей», В 1904 печатался в газете «Волынский вестник», где помещал театральные рецензии, хронику местной жизни, стихи; наиболее значительное произведение «Дневник резонера» написано под явным влиянием Гоголя. В 1905 Ч. переехал в Петербург и стал служить чиновником на Службе сборов, куда его устроил К.Роше, к тому времени правитель канцелярии Варшавской железной дороги. Начальница канцелярии Службы сборов М.Васильева вскоре стала женой Ч. Эта энергичная, волевая, европейски образованная женщина, ученица профессора философии А.Введенского, родственница богачей Елисеевых сыграла решающую роль в судьбе начинающего писателя. Она ввела его в круг петербургских ученых и писателей, помогла его самообразованию. С 1905 Ч. печатался в одном из лучших сатирических журналов столицы «Зрителе». 27.11.1905 опубликовал там антиправительственный памфлет «Чепуха» (№ 23) под псевдонимом Саша Черный. Вскоре журнал был закрыт, а номер конфискован «за подрыв государственных устоев и оскорбление личности государя». В 1905-6 Ч. активно сотрудничал и в других сатирических журналах: «Альманах», «Журнал», «Молот», «Маски» (за публикацию стихотворения Ч. «Вывеска и собака», в котором цензура усмотрела «оскорбление чести мундира», журнал был закрыт), «Леший»; в сборниках «Вольница», «В борьбе», «Песни борьбы», «Вперед» и др. Первый сборник стихов «Разные мотивы» (СПб., 1906) был арестован. В книгу, наряду с гражданской лирикой, вошли ранние подражательные произведения и прозаические «Лунные рассказы»; доминировала тема разоблачения трусливого обывательского существования без идеалов и высоких стремлений. Чтобы избежать ареста, Ч. вместе с женой в 1906 уехал в Гейдельберг, где пробыл около года, вращаясь в обществе немецких и русских философов, писателей, ученых (Ф.Степун, Е.Шмидт и др.). Из Германии привез цикл лирических сатир «У немцев», стихотворения «Карнавал в Гейдельберге», «Корпоранты» и др. Резко возрос уровень его поэтического мастерства, расширился кругозор. Это позволило ему вскоре после возвращения из-за границы занять место одного из поэтических лидеров в петербургском еженедельнике «Сатирикон». В 1908-11 из номера в номер здесь печатались циклы политических и литературных сатир Ч. под названиями «Всем нищим духом», «Невольная дань» и др.А.Куприн писал: «Величайшей заслугой «Сатирикона» было привлечение Саши Черного в редакционную семью. Вот где талантливый, но еще застенчивый новичок из «Волынской газеты» приобрел в несколько недель и громадную аудиторию, и широкий размах в творчестве, и благодарное признание публики», О том же свидетельствовал К.Чуковский: «Получив свежий номер журнала, читатель прежде всего искал в нем стихов Саши Черного. Не было такой курсистки, такого студента, такого врача, адвоката, учителя, инженера, которые не знали бы их наизусть». В 1910 вышел сборник «Сатиры», объединивший циклы стихотворений, опубликованных, главным образом, в «Сатириконе». Написанные как бы от первого лица, сатиры Ч. высмеивали российского обывателя и пошлость окружающего его мира. Сборник был проникнут одним мотивом: жалобой на мелочность и пустоту «быта», задавившего собой бытие. Главный враг Ч. пошлость, которую он замечал всюду: в политике, в искусстве, в любви. Сатирическое разоблачение усиливалось тем, что сатира звучала как лирическая исповедь. Едкая насмешка, бичующий сарказм прятались под маской саморазоблачения, создавая неповторимый сплав сатиры и лирики. Страстная непримиримость Ч. в борьбе с обывательщиной и ренегатством пришлись по душе В.Маяковскому, который записал: «Поэт почитаемый Саша Черный. Радовал его антиэстетизм». Отрицание современности было у Ч. глубоко выстрадано: порой жалобы героя сливались с лирическими признаниями самого поэта. Это заметно во второй книге стихов «Сатиры и лирика» (1911). И хотя поэт по-прежнему утверждал свое право бичевать зло и высмеивать пошлость («В пространство»), злой сарказм и язвительная колкость соседствуют здесь с лирическими пейзажными зарисовками и камерными стихотворениями, написанными «под сурдинку». Критики отметили высокий уровень поэтического мастерства Ч.: точность и меткость эпитетов, почти осязаемую изобразительность. А.Амфитеатров писал: «Улыбка слов, блестяще скачущий ритм и порывистые темпы съедают неточности созвучий, которые позволяет себе Саша Черный звуковыми обманами, почти чудотворными». Признанный «королем» поэтов «Сатирикона», Ч. испытывал все большее недовольство превращением журнала из сатирического в развлекательно-юмористический. В апреле 1911 он порвал с ним (стих. «Колумбово яйцо» последнее). Вел «Маленький фельетон» в газете «Новый день», печатался в газетах «Киевская мысль», «Русская молва», «Одесские новости», журналах «Современный мир», «Аргус», «Солнце России», альманахе «Шиповник», с 1911 систематически публиковался в журнале «Современник» (раздел «Сверчок»). Искал опору в искусстве, природе, детях, народном быте, создавая циклы лирических миниатюр о деревне («Северные сумерки», «В деревне» и др.), писал прозаические произведения «Люди летом» (1910), «Первое знакомство» (1912) и др. Другой попыткой найти новые пути творчества явились стихи для детей, которые Ч. писал с 1911 (отд. изд. «Тук-тук». М* 1913). В 1912 принял участие в созданной по инициативе М.Горького «Голубой книжке» и в детском альманахе «Жар-птица» (под ред.К. Чуковского). В 1913 вышла «Детская азбука» Ч. Пробовал себя как переводчик с немецкого, готовя к печати «Книгу песен» Г.Гейне (1911), «Избранные рассказы» Г.Сафира (1912), переводы Р.Демеля, К.Гамсуна и др. Лето 1912 Ч. провел на Капри, познакомился с Горьким, который высоко оценил его талант: «Он гораздо интересней и талантливее своих двух книжек и кажется мне способным написать превосходные вещи. Задачи у него чудесные, и это настоящий литератор с большой любовью к делу». Однако к 1914 Ч. оказался на пороге творческого и духовного кризиса. Его мысли и переживания отразились в первом крупном произведении поэме «Ной», где ощутимо звучат ноты разочарования и безнадежности. Размышляя о судьбах современного поколения, поэт предсказывал, что грядуший «всемирный потоп» не избавит людей от пороков и преступных страстей. Мечты о «неведомой новой отчизне», куда приплывет ковчег Ноя, представляются ему единственной «нетленной надеждой». В годы 1-й мировой войны «запасной из вольноопределяющихся» Ч. был зачислен в 13-й полевой госпиталь, расположенный в Варшаве, Он служил также в санитарной части 6-й армии, участвовал в боях под Варшавой и Ломжей, видел тяжелые дороги отступления под Белостоком. Впечатления, полученные на фронте, легли в основу написанного в конце 1917 начале 1918 в Пскове цикла стихотворений «Война», в котором впечатляюще нарисованы страшные военные будни, развертываются картины фронтового и лазаретного быта, возникает образ русского солдата. Февральская революция застала Ч. и его жену в Пскове: он служил помощником смотрителя в 18-м полевом госпитале. Приехавший из Петрограда комиссар Северного фронта В.Станкевич назначил его своим заместителем. М.Гликберг вспоминала: «В первое время Саша растерялся, так как никогда раньше не занимался общественными делами, но скоро взял себя в руки и настолько освоился с делом, что во время отсутствия Станкевича возглавлял Комиссариат. Когда в июле Станкевич был вызван в Ставку, он окончательно занял его место». Октябрьская революция осталась для Ч. только «зрелищем», неведомо откуда налетевшим ураганом. Вызванный в Петроград, он слушал речи А.Керенского, Г.Зиновьева, А.Коллонтай. С новой властью сотрудничать не стал и осенью 1918 уехал на литовский хутор около станции Турмонт, а в декабре того же года в Вильно. Здесь написаны стихи о Литве и цикл «Русская Помпея», в котором поэт признается, что для него «нет путей назад». Реалистические зарисовки литовских пейзажей постоянно затуманиваются печалью авторских ламентаций («В тумане дороги и цели, жестокие, черные дни»); лишь «смех волшебный алкоголь» видится Ч. спасением от страшной действительности. В Вильно написана также книга детских стихов («Детский остров». Данциг, 1921) свидетельство стремления автора спрятаться на этом острове от войн и революций. Светлый мир детских чувств и интересов воплотил положительный идеал Ч. мечту о «естественном» человеке, свободном от пороков жестокого мира взрослых. В 1920 Ч. перебрался в Берлин, где провел более двух лет (по июль 1923), сотрудничал в «Русской газете» и «Руле», в журналах «Сполохи», «Воля России», редактировал литературный отдел журнала «Жар-птица», работал редактором в издательстве «Грани». Благодаря этому он смог издать не только «Детский остров», но и третью книгу сатир, которая вышла в 1923 на средства автора. Ее заглавие «Жажда» выразительно говорило о безумном желании вновь обрести родину. Прежний мир, безвозвратно потерянный и воскрешаемый только в мечтах, был окружен поэтическим ореолом, и даже детали обывательского быта, который Ч. так остроумно высмеивал до революции, теперь стали ему казаться дорогими и милыми. В цикле «Чужое солнце» ощутим мотив ностальгии. Сборник «Жажда» явился завершением творчества Ч.-поэта, отразив наиболее характерные особенности его индивидуальной манеры: сочетание сатиры и лирики, бичующего желчного смеха и чистого светлого юмора. С апреля 1924, после переезда в Париж (2-ю половину 1923и начало 1924 Ч. провел в Италии), в творчестве Ч. все большее место занимает проза: многочисленные книги для детей («Библейские сказки», «Сон профессора Патрашкина», «Белка-мореплавательница», «Румяная книжка», «Дневник фокса Микки», «Серебряная елка» и др.), повесть «Чудесное лето» (1930), «Несерьезные рассказы» (1928), «Солдатские сказки» (1933). В центре внимания писателя недавнее прошлое, милый сердцу петербургский, московский и провинциальный быт, сценки из эмигрантской жизни, списанные с натуры и освещенные грустной улыбкой автора. Рецензируя книгу «Несерьезных рассказов», Куприн писал: «Вся она пронизана легкой улыбкой, беззлобным смехом, невинной проказливостью, и если ухо улавливает изредка чуть ощутимый желчный тон, то что ж поделаешь: жизнь в эмиграции не особенный сахар», Важное место среди поздних произведений Ч. занимают «Солдатские сказки», печатавшиеся с 1928 в парижской газете «Последние новости». Блистательно остроумные, они тоже уводили читателя в праздничный мир «робинзонады», на остров выдумки и юмора. Вместе с тем они воскрешали вполне реальную жизнь солдатской казармы или военного лазарета периода 1 -и мировой войны. В них бушевала неуемная стихия русской народной речи в соединении с мастерски стилизованной речью самого автора. Они ориентированы на. традиции фольклора и русской классической литературы, на сказ Н.Лескова, А.Ремизова, М.Зощенко. Вслед за Лесковым Ч. пытается связать воедино изучение речи и быта русского народа с помощью своеобразного «анекдотически-бытового» реализма. Куприн, высоко оценив мастерство «Солдатских сказок», заметил, что автор здесь «и товарищ, и зачинщик, и выдумщик, и рассказчик-импровизатор, и тонкий, любящий наблюдатель». В 1931-32 Ч. написал поэму «Кому в эмиграции жить хорошо» и цикл стихов о жизни во Франции. В них возникает образ автора одинокого бесприютного странника, шагающего по чужой земле с полупустой котомкой за плечами. Его последними произведениями стали рассказ «Илья Муромец» и стихотворение «С холма». С лета 1930 Ч. с женой и фоксом Микки поселился в маленьком домике на юге Франции (Ла-Фавьер, близ Лаванду). Здесь 5.8.1932 произошло несчастье: начался пожар на соседней ферме. По свидетельству очевидцев, «во время пожара Саша вместе с другими много работал, возвратясь домой, плохо себя почувствовал, слег и больше уже не встал», Он скончался от сердечного приступа. В последний путь поэта провожали члены русской колонии и простые французы фермеры и их дети.Ч. похоронен на небольшом кладбище Лаванду в департаменте Вар. В 1978 по инициативе почитателей поэта на кладбище установлена памятная доска. Получив в Париже известие о смерти Ч., Куприн написал: «Саша Черный жив, и переживет всех нас, и наших внуков, и правнуков, и будет жить еще много сотен лет, ибо сделанное им сделано навеки и обвеяно чистым юмором, который лучшая гарантия для бессмертия».

Энциклопедия русской эмиграции 

ЧЕХОВ МИХАИЛ АЛЕКСАНДРОВИЧ →← ЧЕРНОВ ВИКТОР МИХАЙЛОВИЧ

T: 0.087837728 M: 3 D: 3